Земля · наш · дом, · не · будем · мусорить!

Занесло меня давеча в морской круиз, вместе с мамой, папой и крёстной. Корабль называется - Принцесса Анастасия, настоящий ковчег, с множеством закусочных, бассейном и кинотеатром. Маленькая каютка с большим окном в Балтийское море. Один день - один город, одна ночь - большое плавание. Морские столицы простужают ветром, поддевают шпилями, дождичек... В Хельсинки в кармане оказались некие 20 кенийских шиллингов с портретом президента Даниэля Тороитича Арапа Мои. И весёлые песни цыган на ветру, они вдохновили c удовольствием досмотреть последнюю серию Dom za vesanje Кустурицы. В Стокгольме мы были счастливы прокатиться на "Бергбанане"- фуникулёре в Скансен, вершину моих стокгольмских мечт, и в непогоду прекрасный. Там, в этой маленькой деревянной Швеции на горе, мы повидали всех северных зверей, которые, снова несмотря на, были бодры и веселы - игры волков, рысей, вольную борьбу мишек, очнувшихся от спячки, сонных сов, деловых кабанов, оленей и баранов за обедом, дрессированного тюленя, павлинов под дождём. Таллинн примучил паручасовой очередью на контроле паспортов. Приезд и отъезд из этого чудесного города, благодаря нерасторопной эстонской таможне, напоминал гуманитарную катастрофу, плакали дети... Но Таллинн, правда, чудесный. Песочная береговая полоса и столько восхитительной связанной памяти...с Олей и Вана-Таллином, с Лёшенькой, лебедями и булкой, с Ари... и всё это было вот здесь, куда я смотрю с борта своего корабля, с надеждой на ещё раз. У мамы и папы - свои воспоминания и мне очень приятно, что в нашем новом воспоминании о Таллине мы вместе. В нашей маленькой каюте мы будто снова в нашем дачном домике с двухэтажными кроватями, лет двадцать назад. Ночью все просыпаемся от странного шума - а это корабль идёт сквозь лёд Финского залива... Что-то изменилось после морского путешествия... Мир будто снова расширился и замкнулся... И море внутри...

Прошедшей осенью наконец-то посетила матч Зенита на Петровском! Матч был Зенит-Анжи-Махачкала. Вышло случайное совпадение, так как я уже раньше была на игре Анжи с командой Спартак-Алания во Владикавказе (хозяева победили). Тем интереснее. Оказались в обычном секторе, рядом с фанатским, я и мой друг из Средний Азии. Он, как и многие знакомые иностранцы, знает и ценит наш Зенит. Стоял очень холодный поздний вечер, а молодые люди в соседнем секторе были раздеты по пояс и колотили в барабан. Слева от нас в отдалении находился небольшой фанатский сектор Анжи, трепещущий жёлтыми корпоративными флажками. Над соседним сектором развевался имперский "билайн".

На каждую дружную фанатскую песню жёлтого сектора наши соседи отвечали нефутбольными высказываниями, вроде "Пасите баранов". Хотя мы, конечно, пришли поддержать Зенит, в какой-то момент я осознала, что по-человечески уже не знаю, за кого, собственно, болею. За сине-бело-голубых, чьи фанаты не уважают своих противников-сограждан или за дружный крошечный жёлтый сектор с Кавказа, который я люблю? В общем, пока все пытались забить, мы изрядно замёрзли, пришлось даже попрыгать. Результата мы так и не дождались, так как в тот вечер результата не было. А на футбол ещё надо пойти, на другой какой-нибудь.

В четверг, 14 декабря, в клубе "ПирО.Г.И" на Фонтанке прошла презентация нашего культпроекта "Кино без шашлыка". Будем показывать хорошее кавказское кино, приглашать интересных людей. Первая встреча была посвящена Дагестану, мы посмотрели фильм Чегери (1980), почитали стихи Расула Гамзатова. Продолжение следует.

Готовимся к поездке в Марокко.

Попрощаемся...и в седло с порога,
В детстве я любил скакать в Марокко
Чтобы огорчёнными руками
Всех отрыть, засыпанных песками
(Таривердиев, "Дельфины")

Такую песню пела мне в детстве мама, и сейчас она уверена в том, что поэтому я еду туда.
Северная Африка, помимо всех очевидных интересностей, напрягает корыстью. Впрочем, за две поездки в Египет я даже научилась с ней справляться. Очень не люблю, когда хватают за руки, садятся на уши и бессовестно клеятся. Так зачастую ведут себя, например, аборигены на египетских курортах с русскими туристами, когда узнают, что они из России. Это очень, очень печально. Я уважаю и люблю родину. Но египтяне не в курсе, что мир огромен. Они даже теряют дар речи, встречая не русского. Также они не в курсе, что делать, если у туриста, например, нет денег и он не хочет у них ничего купить. Им это попросту неинтересно. Тем временем, мне любопытно наблюдать их национальный характер. Так, потеряв к себе всякий практический интерес, можно, наконец, пить чаёк в спокойном одиночестве и знакомиться с просто людьми, которым просто приятно чем-нибудь порадовать заглянувшего на огонёк путника.

Только что получила почтой книжку моего друга, фотографа и путешественника Koen Degroot. Koen живёт на старой железнодорожной станции близ Гента. Второй этаж – тёмная комната, зал ожидания – студия. Его дом – причудливое сочетание фламандской старины и постсоветских-азиатских увлечений его хозяина. Он объездил на велосипеде весь Кавказ, Балканы, Таджикистан – воспоминания везде – в коробках слайдов, на стенах, и, конечно, в душЕ. Недаром мы прозвали это место Хансбекестаном (от Хансбеке – названия этой деревни, и стан – «место» - традиционное азиатское окончание всех географических названий). Koen родился в деревне неподалёку, ей и посвящена его книга Merendree, которую я сейчас рассматриваю. Здесь всё очень быстро меняется: люди уходят, старые дома перестраиваются. Цивилизация захватывает традиционное пространство, уже со дня на день снесут и старую станцию Хансбеке, с тем, чтобы железная дорога стала больше и ещё быстрее. Koen сфотографировал жителей своей родной деревни за их занятиями – деда-фермера, соседей, друзей, отдавая дань этому уходящему прошлому. Мы с Alex Adamskeeh посвятили Хансбекестану небольшой ролик Что ещё радует, скоро мы снова встретимся...

Великий город Самарканд, мечта моя с детства, удивил. Не только мини-юбками и архитектурой, старой, и новой, местами напоминающей Диснейленд.

Водитель такси, на просьбу отвезти нас в музей Афрасиаб, привёз нас в гостиницу с тем же названием. Впрочем, где находится искомый Афрасиаб, он не знал. Объяснил тем, что "Москву знаю, как пять пальцев, а здесь бываю только в отпуск". А в некрополе Шахи-Зинда местные жители, в том числе полицейские, активно с нами фотографировались, прямо как в Индии. Но даже в Индии не видела cтоль набитых людьми и товарами, как рейс Самарканд-Бухара, автобусов. Шёлковый путь здесь всё ещё ощущается.